Новое мышление – теоретическая основа Нового Мирового Порядка. Первые наброски нового мышления находят уже у Канта, блестящие разработки имеются у М.Бахтина. Одним из первых политиков, принявших его на вооружение, был М. Горбачёв. Завершение получило в трудах Ла Валле и его школы. Суть Нового мышления состоит в определение сознания через рыночные ("диалогико-диалектические") принципы. Мышление понимается как рыночный обмен внутри сознания, по аналогии с торговыми операциями, которые ведут между собой разные части сознания, как материальные (клетки мозга), так и духовные (память, воля). Мысль понимается как "транзакция", акт передачи ценностей от одних частей сознания к другим. Общение считается действием, принципиально не отличающимся от мышления и являющимся формой торговли. Возникновение языка объясняется по аналогии с возникновением денег как "универсального средства обмена". Понятие смысла сводится к понятию спроса, поскольку смысл предполагает (наличный или возможный) интерес к осмысленному высказыванию. Тем самым решаются (или иначе ставятся) многие проблемы традиционной семиотики. Новое мышление позволило создать новые типы психологии и психиатрии (лечащие больное сознание методами, заимствованными из микро– и макроэкономики), а также новые антропологические подходы. (В частности, практикуется "психиатрический монетаризм", практика излечения психических болезней путём медикаментозного подавления мышления, то есть "уменьшения количества мыслей в голове", что приводит к упорядочению их обращения и исключения инфляционных мечтаний, не обеспеченных реальностью. Особенно помогает при некоторых формах шизофрении.) Само возникновение разума объясняется развитием рыночных отношений среди животных. См. Человек.

Просто гениально!

Мне интересно - хочу испытать на себе. У кого-нибудь есть такой?

Каков был генеральный план нового Иосифа и его братьев? На первой стадии они превратили США в гигантский пылесос богатства народов, запустив печатный станок. Советские деньги называли «деревянными», но американские деньги, доллары, даже не деревянные – они попросту бумажные. Кроме денег в прямом смысле слова, пошли в ход и облигации. Советские облигации брали через «не хочу», когда не удалось увильнуть, но американские – шли на ура благодаря лучше поставленному агитпропу. Русский газ, арабская нефть, японская техника, африканская руда, китайский труд, шведские машины, французское вино – все ухнуло в черную дыру Америки в обмен на долговые расписки.

Теория же экономического электричества зиждется на постулате, согласно которому для выгодности чего-либо производства необходимо и доста­точно, чтобы на потенциальный результат этого производства имелся потен­циальный платежеспособный (!) спрос.

«Необходимо» — это значит, что коль такого спроса нет, то производство бессмысленно; а «достаточно» — означает, что коль такой спрос есть, то производство смысл обретает.

Если сказанного не признавать, можно смело идти в условные монетаристы, повторяя не имеющие сюда отношения мантры насчет того, что чем больше денег, тем каждая денежка меньше стоит; ну а если с постула­том­ «где спрос, там и производство» все же согласиться, то ко всему последующему он приведет сам собой: больше денег — больше спроса, больше спроса — больше смысла не только повышать цены (да, это неизбежно), но и вообще что-то делать, а раз появляется больше товаров (вот он — обещанный другой фактор!), то ка­ждая денежка становится­ дороже/обеспеченнее, хоть и задним числом. Мансы... виноват, мантры получаются те же, но ровно наоборот.

Отвлекаясь же от того, что в старину почему-то называлось политэконо­мией, и возвращаясь к суровым баранам нашей действительности, имеем вот что.

Увеличение количества денежной массы позволяет, с одной стороны, решить социальные задачи (получение даже обесценивающихся денег для их получателей, не имеющих накоплений, есть чистый плюс, хоть и меньший, чем если бы деньги еще и не дешевели); с другой же стороны, и это не менее важно, как раз благодаря своей социальной направленности оно обеспечивает попадание денег именно к тем, кто немедленно будет их тратить, а не накапливать и не менять на валюту, особенно в условиях объективно­ низкой — при обилии дешевых денег — ставки процентов, начисляемых на депозитные вклады (которой на всякий случай можно еще и волюнтаристски­ поставить верхний ограничитель), и (внимание!) обязательной принудительно высокой маржи в обменных пунктах (т. е. с нижним ограничителем).

Тем самым общество получает возможность сочетать решение социальных задач и возрастание спроса, включая главного — государственного, спрос же («возглавляемый» госзаказами) стимулирует производство, делая его и востребованным, и выгодным.